Мак-работа. Дж. Ритцер «Макдональдизация общества»

Posted on 4 сентября, 2013

0


ДЕГУМАНИЗАЦИЯ:
КАК ЧИСТЯТ НОС В «КОРЫТЕ И ВАРЕВЕ»

Дегуманизирующее влияние макдональдизации —
вот главная причина, по которой ее можно считать
иррациональной, а, в конечном счете, и неразумной.
Например, индустрия фаст-фуда предлагает своим
служащим не работу, а «мак-работу»45. Как
выразился один из сотрудников «Burger King»: «тут может
работать даже законченный идиот, тут все очень
просто», и «это может делать и дрессированная
обезьяна»46. Работники используют лишь небольшую
часть своих навыков и способностей. Минимальные
требования к профессиональным навыкам в
ресторанах фаст-фуда иррациональны.
С точки зрения работника, «мак-работа»
иррациональна потому, что она не дает ему ни
удовлетворения, ни стабильности. Работникам редко
позволяют делать что-либо, имеющее отношение к их
профессиональным умениям и не поощряют
творческих порывов. В результате развивается сильное
отвращение к работе, неудовлетворенность,
отчуждение, прогулы и текучесть кадров47. В индустрии
фаст-фуда самый высокий уровень текучести кадров
по США — примерно 300% в год48. Это значит, что
в среднем один работник этой сферы держится около
4 месяцев, а рабочая сила в целом обновляется три
раза год.
Хотя простой и повторяющийся характер работы
легко позволяет найти замену ушедшим,
подобная текучесть нежелательна как с точки зрения
организации, так и работников. Ясно, что было бы
лучше удерживать сотрудников подольше. Высокая
текучесть кадров означает рост лишних расходов,
на наем и обучение. Кроме того, отказ от
использования профессиональных навыков персонала
иррационален для любой организации, так как
она может получить от работников больше за те
же деньги, что она им платит, сколь малы бы они
ни были.
Известно, как автомобильный конвейер
ежедневно дегуманизирует жизнь тех, кто на нем работает.
Хотя Генри Форд ощущал, как мы это видели, что
сам бы не выдержал такого утомительного
однообразия, он полагал, что большинство людей, якобы
обладающих ограниченными психическими
способностями и ни на что особенно не пригодных, вполне
с этим справятся. Он говорил: «Я не верю, что
монотонный труд как-то травмирует человека… Самые
тщательные исследования не выявили ни одного
случая, когда ум человека в результате такого
труда повредился или зачах»49. Однако, объективные
свидетельства разрушительного воздействия
конвейера на психику заметны по высокому уровню
прогулов, опозданий и текучести кадров. В целом,
большинство людей считают работу на конвейере
отчуждающей и отвратительной. Вот как ее
описывает один из рабочих:

«Я стою на одном и том же пятачке, площадью  
примерно в два или три квадратных фута, целую ночь.
Единственное время, когда можно остановиться — это
когда выключается сам конвейер. Мы обрабатываем
тридцать две детали машины, это наш набор, по  
сорок восемь таких наборов в час, и по восемь часов.
Тридцать два на сорок восемь на восемь.  
Представляете, сколько раз за день я нажимаю одну и ту же
кнопку?»50

У другого рабочего примерно такие же взгляды:
«Ну, что тут рассказывать? Приходит машина, я ее
свариваю; приходит — свариваю; приходит —  
свариваю. Сто один раз в час». Третий более саркастичен:
«Ну да, в покрасочном цехе много разнообразия… Ты
пристегиваешь шланг, пускаешь краску и  
разбрызгиваешь ее. Пристегиваешь, пускаешь,  
разбрызгиваешь; пристегиваешь, пускаешь, разбрызгиваешь,  
зеваешь; пристегиваешь, пускаешь, разбрызгиваешь,
чешешь нос»51. Еще одни так суммирует ощущение
дегуманизации: «иногда я чувствую себя роботом.
Ты нажимаешь кнопку и идешь туда-то. Ты сам
становишься механической гайкой»52.

Отчуждение затрагивает не только тех, кто
трудится на автомобильном конвейере, но и тех, кто
работает в других областях, выстроенных, хотя бы
частично, по тому же принципу53. В нашем мак-
дональдизированном обществе конвейер имеет
отношение ко многим из нас и ко многим
отраслям. Требования мясо-фасующей промышленности
(которая сильно зависит от заказов из ресторанов
фаст-фуда) виноваты, по крайней мере, частично,
в растущей дегуманизации — нечеловеческой работе
в бесчеловечных условиях. Рабочие низведены до
уровня шестеренок на особых конвейерах по забою
и разделке животных. Они вынуждены
производить монотонные и физически тяжелые операции
с животными, которые, может быть, еще даже не
умерли. Часто они покрыты с ног до головы кровью
и стоят в ее лужах. Они размахивают очень острыми
ножами в непосредственной близости от других
рабочих. В результате — чрезвычайно высокий уровень
травматизма (и даже смертности) на рабочем месте,
а о мелких порезах просто не сообщают из боязни
увольнения. Так как рабочие часто — нелегальные
иммигранты, они почти всегда подчинены капризам
менеджера, который волен нанять их или прогнать
по одному своему желанию. Менеджер может
просто игнорировать ужасающие условия, в которых
трудятся эти бесправные люди, а может их сделать
еще более жуткими54.

Рестораны фаст-фуда дегуманизируют
посетителей.

Когда люди едят внутри своеобразного
конвейера, то превращаются в автоматы, совершающие
требуемые операции, и не испытывающие
благодарности ни за саму пищу, ни за сопутствующие
ощущения. Максимум, за что можно похвалить
подобный обед, это за эффективность и быстроту.
Некоторые клиенты порой могут даже
почувствовать, что их кормят, будто скот. Эта тема была
обыграна в одном телевизионном скетче программы
«Saturday Night Live» про маленькую сеть фаст-фуда.
В скетче несколько молодых клерков узнают о том,
что рядом открылась новая закусочная «Корыто
и варево», и решают ее посетить. Когда они входят
внутрь, им на шею надевают слюнявчики. Затем
они видят нечто, напоминающее вытянутое в длину
корыто для свиней, полное перцев чили, которое
регулярно наполняет из ведра официантка.
Посетители утыкаются лицом в это корыто и движутся
вдоль него, набивая себе в рот перца, сколько влезет,
и явно принимая по пути «ответственные деловые
решения». Время от времени они отрываются от
корыта и поглощают немного пива из общего
«таза с варевом». Закончив «трапезу», они платят по
счетам своим «носом». Так как их физиономии
покрыты перцем, то им буквально «чистят нос» перед
выходом из ресторана. Последнее, что мы видим
в скетче — как стадо юных клерков выводят из
ресторана, который закрылся на полчаса для «чистки».
«Saturday Night Live» явно высмеивали тот факт, что
рестораны фаст-фуда обращаются с посетителями,
как с животными.
Клиентов дегуманизируют посредством
протоколов и других способов сделать общение
единообразным. «Единообразие неприемлемо там, где
происходит человеческое общение. Взаимодействие
массового производства кажется клиентам дегума-
низирующим, если рутинизация очевидна, и ма-
нипуляционным, если нет»55. Другими словами,
дегуманизация происходит, когда предписанные
взаимодействия занимают место подлинных
человеческих отношений. В разборе «Walt Disney World»,
который проделал Боб Гарфилд, дается еще один
пример дегуманизации клиентов:
«Я в самом деле думаю, что там изначально было и
веселье, и живое воображение, но только оно встретилось
с отштампованной, отлитой по единому инженерному
образцу фантазией, а это означает — с полным
отсутствием фантазии.
Во всем, начиная с разветвленной сети желобов
и стойл, через которые людей прогоняют к
аттракционам, до леденящего душу обращения сотрудников в
манере «а-ля степфордские жены»56, до принудительно
очищенных от соринок площадок и постоянного
ощущения тоталитарного порядка северо-корейского образца,
до явственно пассивного характера самих развлечений,
«Disney World» оказался полной противоположностью
фантазии, исключительным техноспектаклем…
«Disney» вовсе не расковал воображение, он,
в основном, с успехом сковал его. Как и конвейерные
«машины» и «лодки», которые везут вас по
стальным рельсам через декорации «Белоснежки», «Мира
движения» и «Автогонок», «Disney World» оказался
тяжелым, высокоточным, компьютерно-управляемым
механизмом, доставляющим примерно 30
миллионов посетителей в год точно такие же просчитанные,
неизменные, тщательно выверенные переживания
радости. Этот мир развлекает посетителей, не уделяя
им ни малейшего внимания. Он взывает ко всем,
но внутри человека ничто не откликается на этот
пустой зов…
Представьте себе, например, как вы совершаете
фальшивое погружение в подлодке ради фальшивого
путешествия мимо фальшивых кораллов и
фальшивых водорослей, при этом прекрасно зная, что в часе
езды от вашего дома есть два изумительных огромных
аквариума в зоопарке»57.
Таким образом, вместо того, чтобы будить
воображение и творчество, «Disney World» организует
переживание чего-то, что полностью губит
воображение и творчество, и, в конечном счете, обращается
в нечеловеческий опыт.